Трубачи трубят. Победа? Нет. Вернулся не Одиссей и не король, а просто человек. Не трубачи, может? Просто птицы. Злые эти птицы - не положено им петь. Кто-то обещает целовать не меня. Это все тает в снегу вместе со снегом. А потом лежит в лужах. Только в лужах отражение зеркальное - все наоборот. Хотя не все ли равно, кто по правую руку, а кто по левую? И даже непонятно кто кого ведет. Босиком по лужам чему-то навстречу или вдаль от чего-то. А может это и не мои трубачи. Тогда, может, есть смысл говорить о победе? Все крепости падают - это правда. И вокруг висят чужие флаги моего больного воображения, помешанного на идеях здравомыслящего существования чужих людей с близкими. Нельзя взять крепость, если кто-то подло сам не откроет калитку. А я всегда ходил через парадный.
Нельзя победить, пока тот, кто ведет с тобой поединок не считает себя побежденным.
По-настоящему побежденный уже не станет настоящим противником.
Войну проигрывает тот, кто ее начинает.
Крепости падают.
Счастья.
